АРТ-новости

Материал подготовил Владимир Богданов (vladbog@compress.ru)

Итоги «Современного искусства» на Sotheby’s

Признаться, всегда было интересно, зачем делать «эстимейт по запросу»? От кого что скрывать? Неужто от налоговой? Вообще, такой туман напускают довольно редко, только для вещей исключительной ценности — например, для 104-миллионного «Мальчика с трубкой» Пикассо. Шедевров, для которых Sotheby’s было страшно называть ценовые ориентиры, на февральских торгах «Современное искусство» было несколько.

Явным фаворитом 27 февраля 2008 года был, правда, не подросток с вредными привычками, а женщина, чьи манеры, воспитание и образ жизни, впрочем, тоже оставляли желать лучшего.

Френсис Бэкон. 1969 год. Двухметровая «Композиция с обнаженной и фигурой в зеркале». Самый ценный период. Интересный сюжет (обнаженная на столе — это Генриетта Мораес, беспутная подруга и муза Бэкона). Комфортный по меркам Бэкона размер (всего лишь каких-то два метра, когда могло бы быть четыре). Высокая декоративность: Бэкон обошелся без обычных отталкивающих подробностей. Хорошая история бытования. Десятки выставок. Десятки публикаций. Восторженные отзывы критиков. Словом, никаких вопросов. «Обнаженная», безусловно, одна из самых сильных работ английского экспрессиониста среди появлявшихся на торгах за последние годы. А ведь вещи продавались тоже сплошь незаурядные. В 2007 году только на аукционах было куплено семь (!) холстов Бэкона дороже 10 миллионов долларов каждый (ну, плюс-минус). Так, «цена молотка» картины «Композиция с Папой Иннокентием X» (переложение портрета кисти Веласкеса, 1962) в мае прошлого года и опять же на Sotheby’s составила 47 миллионов долларов. Тогда была сенсация. А теперь такая цена для Бэкона — это нормально. Вспомним, что «Бой с быком номер 1» (1969) в прошлом году был продан за 41 миллион долларов без учета комиссии. А в начале февраля 2008 года на Christie’s купили четырехметровый «Триптих» Бэкона за 46,3 миллиона долларов — до рекорда чуть-чуть не хватило. Не получилось и на этот раз: картина собрала кассу в 19,95 миллиона фунтов — 40 миллионов долларов. Но вещь, конечно, запомнится. И не только из-за денег.

А вот работу «После завтрака» кисти ныне живущего творческого соперника Бэкона Люциана Фрейда впору поскорее забыть. В принципе, людей знакомых с творчеством еще одного знаменитого английского экспрессиониста в ранге прижизненного классика, трудно чем-то шокировать. Привыкли, что художественный метод и выразительные средства Фрейда весьма специфичны. Экстравагантный художник старается воссоздать образ модели не по облику, а своим представлениям о ее внутреннем мире. Работа над небольшим портретом может занимать у Фрейда целый год, требовать частых сеансов присутствия: художнику требуется хорошо узнать свою модель. В результате английская королева Елизавета смиряется со своим волевым мужеподобным лицом, а манекенщица Кейт Мосс — со скандально-немодельным имиджем. Но в работе «После завтрака», на которой изображена родственница Фрейда, художник превзошел себя в безжалостности авторского взгляда. Нужно было быть слишком большим эстетом, чтобы купить такую вещь за в общем-то невысокие для Фрейда два миллиона долларов. И, что сложнее, быть эстетом не единственным, чтобы потом было кому продать. В зале же не нашлось покупателей со столь изысканной душевной организацией — лот остался не проданным. Можно сказать, поделом.

Похожие слова можно сказать и о работе значительной современной художницы Марлен Дюма «Злой глаз». Двухметровое масло тоже оказалось непроданным. Но скорее по другой причине. Декоративная сторона картины безупречна. Но вещь получилась чересчур внушительной. Смотришь — и не по себе: Зло в полный рост. Нужно обладать изрядной смелостью, чтобы держать такую вещь дома. Так что в неуспехе лота винить некого.

Холст «Пять бутылок» Николая де Сталя стоит упомянуть, к сожалению, только из-за того, что «наш человек». Формально и резюме работы, и технические параметры — все идеально. Год создания относится к признанному лучшему периоду, плюс коммерческий размер, разумный эстимейт, ценная манера. За несколько лет до самоубийства де Сталь нащупал свой неповторимый стиль, который позволил стать ему одной из самых значительных фигур в абстрактном экспрессионизме. Особенность в том, что в работах «позднего» де Сталя абстрактными средствами обозначается фигуративная основа. В его наборе скупых мазков угадываются то фигуры, то города, то корабли. А порой сквозь абстракцию проступает целый пейзажный вид, как побережье в его самой дорогой картине «Средиземноморье». Но в этом-то и заключается проблема. Тем, кто видел шедевр «Средиземноморье», не нужно будет объяснять, почему «Пять бутылок» — работа средняя. Притом что в технических приемах много общего, в идейном плане она здорово уступает. Бутылки себе и бутылки. Никакой загадки. С другой стороны, все-таки де Сталь, 1954-й год, мало стоить не может. Потому и результат: 714,9 тысячи фунтов, почти полтора миллиона долларов.

Наконец, очередь дошла до двух самых красивых работ торгов. Холст «Пространственная концепция, божественный финал» итальянского авангардиста Лючио Фонтана был продан за 10,32 миллиона фунтов — рекордная цена для работы художника. К отметке в 20 миллионов долларов рынок шел давно, были уже и 14 миллионов долларов, и миллионы поскромнее. То есть результат совсем не случайный. «Пространственные концепции» — это фирменные названия самобытных картин и скульптур художника-«спациалиста» (от итальянского spazio — космос, пространство). Он «преодолевает» плоскость картины, рассекая холст. Идея художника — осваивать новые пространства, выходить за рамки двухмерности. Вслед за Александром Архипенко он проделывает отверстия в скульптурах-камнях: привлекает пустоту в качестве равноправного элемента скульптуры, отводит ей роль и наделяет смыслом — и тем самым усложняет уже трехмерное пространство. Если не видели фирменные косые разрезы на холстах Фонтаны, то уж наверняка вспомните почти такие же на холстах Владимира Немухина.

Но «Пространственная концепция, божественный финал» (или вернее будет перевод «конец божества»?), вызвавшая сенсацию, обошлась без узнаваемых порезов. Работа выполнена в год смерти друга художника — его коллеги Пьеро Манцони. В ней использована другая фирменная «космическая» тема Фонтаны — форма яйца (символ жизни), испещренная кавернами (символ новых открывающихся пространств), да еще и покрытая золотом (символ процветания). Проданная вещь однозначно музейного уровня и исключительно декоративная. Из каталога известно, что эта единственная работа, в которой Фонтана использовал эффект золотого блеска. Больше к этому приему идеолог абстрактного космизма не возвращался.

За несколько минут до Фонтаны свой момент славы пережил пожилой немецкий художник Герхард Рихтер. За последние десять лет цены на его живопись выросли в среднем в 7,5 раз, и только за последние четыре года — почти втрое. Планки в миллион и даже пять миллионов долларов были взяты давно. Ну а несколько дней назад покорились уже 16 миллионов долларов. Работа «Свеча» 1983 года, по ряду оценок, действительно, шедевр. Особенно приятный для глаз людей, уставших от провокационной образности абстрактного экспрессионизма. Дань этому направлению в свое время отдал и Рихтер. Но «Свеча» относится к совсем другому периоду в его творчестве. Это гиперреализм — фотографическая точность изображения на живописной основе. На самом деле фотореализм Рихтера — это «снятие картинки» не тютелька в тютельку. Он использует приемы «ухудшения» изображения, переноса на холст псевдодефектов, свойственных фотографии, выбирает в живописи чуть сбитую «экспозицию» и «выдержку». Вот и «Свеча» получилась не совсем четкой фотографией.

Красиво. С другой стороны, красота за 16 миллионов должна соответствовать куда более сложным смысловым критериям. И нужно, очевидно, быть очень увлеченным человеком, чтобы сформулировать эти новации для Рихтера.

Источник: www.sothebys.com

Сенсация Phillips: Жук Кабакова за 6 миллионов

У поклонников современного русского искусства от торгов Phillips в голове должна была получиться каша. Часть интересных русских лотов поставили в мировые вечерние торги 28 февраля, несколько работ включили в международный дневной аукцион 29 февраля, а для пущей ясности 28 февраля же провели еще миниатюрные «русские торги» — распродажу четырех десятков лотов преимущественно из корпоративного собрания Livet Reichard Company.

Признаться, как раз от этих-то компактных «русских торгов» Phillips 28 февраля особых сенсаций не ждали. А получилось совсем наоборот.

Собственно, произошло следующее. С работой «Жук» 1982 года, проданной почти за 6 миллионов долларов, в пересчете с 2,932 миллиона фунтов, Илья Кабаков отвоевал сразу две позиции в рейтинге топ-12 русских художников и расположился пока на 8-м месте между Константином Сомовым («Радуга». 7,33 миллиона долларов) и Александром Яковлевым («Портрет Василия Шухаева в его студии». 5,56 миллиона долларов). Вещь, безусловно, высоко декоративная, концептуальная. Похожа на увеличенную в сотню раз книжную иллюстрацию (Кабаков, как известно, зарабатывал на жизнь оформительской графикой). Впрочем, не исключено, что покупателя могла сразить концептуальная глубина приведенных четверостиший:

Я в траве нашел жука.

Черный жук, блестящий.

Для коллекции моей

Самый подходящий.

Вырывается мой жук,

Прыгает, стрекочет.

Он в коллекцию мою

Попадать не хочет.

Эрик Булатов позиций не отвоевал. Он остался на 12-м месте, но только с новым рекордом для своего творчества. Предыдущим был рекорд в 1,59 миллиона долларов за полотно «Не прислоняться». А теперь холст «Слава КПСС» (синее небо, перекрытое гигантским лозунгом), главное достоинство которого — широкая известность по публикациям, был продан уже за 1,084 миллиона фунтов, то есть дороже двух миллионов долларов. Еще один небольшой ценовой шаг — и занимающему 11-е место художнику мирового значения Николаю де Сталю («Средиземноморье». 1954. 1,2936 миллиона фунтов) придется потесниться. К своему спокойствию, так и не узнав, что такое соц-арт. Кстати, из интервью многолетней давности известно, что Эрик Булатов свое направление к соц-арту не причисляет, бери выше. Но осторожный сарказм «Славы КПСС» не располагает к широте стилистических трактовок. В общем, очередной результат–загадка. Без сопровождающих стихов пробиться к глубинному смыслу произведения окажется не просто.

Вечер для главных героев аукционного дня сложился по-разному. D попал в точку с ценовым прогнозом в 900 тысяч фунтов для работы Эрика Булатова «Небо и море» (1985)¹. При эстимейте 300–500 тысяч фунтов цена продажи составила 916 тысяч фунтов. А вот с инсталляцией Кабакова «Композитор» (1988) с эстимейтом 500–700 тысяч фунтов ситуация оказалась запутанной. В опубликованном отчете аукционных результатов лота 171 не значится. Обычно так бывает, когда вещь не продана. Но, по другим источникам, «Композитор» нашел покупателя за 420 тысяч фунтов (без учета комиссии аукционного дома). Постановочное изобразительное искусство традиционно менее ликвидно в среде русских покупателей, чем картинный формат. Но это пока.

Аналогичная ситуация с лотом № 176 — семиметровым пентаптихом Янкилевского: его тоже нет в аукционном списке проданных лотов. По информации других источников, пентаптих действительно не нашел своего покупателя. Эстимейт был относительно небольшой — 150 тысяч фунтов, так что, скорее всего, несмотря на очевидные достоинства работы, покупателей отпугнул ее гигантский размер.

Из лотов, запомнившихся не числом нулей на ценнике, стоит отметить «Космический лист» Дмитрия Плавинского. По мнению D, художник входит в тройку самых значительных мастеров неофициального послевоенного искусства. В его творчестве поиск художественного жеста не вытеснил ренессансного кропотливого мастерства. Перед офортами или маслом класса «Черепаха Москва» просто дух захватывает от тщательности проработки мельчайших деталей. То есть поражает уже не только идея и композиция, но и элементарная трудоемкость. Одну такую картину можно писать несколько месяцев. Так уже никто не работает в наше постмодернистское время. Но Плавинский остается верен себе — и стилю, и привычкам. Большую часть года художник работает как заведенный в своей американской студии, а потом приезжает отдохнуть в Москву. Знатоки и ценители «другого искусства» приобретают его вещи преимущественно на галерейном рынке и выстраиваются в очередь за новыми работами. На аукционах «масло» Плавинского почти не появляется. Так что «Космический лист» — редкий случай. Масштабная полутораметровая работа была продана за 78,5 тысячи фунтов — с восьмикратным превышением эстимейта. Нового владельца можно поздравить с хорошим приобретением. Если и переплатил, то совсем не много, а вещь такого класса будет быстро расти в цене.

Торги 29 февраля не изобиловали запоминающимися вещами русских художников. Скажем о двух. Во-первых, потрясающей декоративной красоты акрил «Город. Сумерки» (1970) Владимира Янкилевского. Размер двухметровый — на пределе, но в самый раз. Не вызывающий сюжет, можно вешать где угодно. Не случайно, наверное, верхний эстимейт был 12 тысяч фунтов, а уход зарегистрирован на отметке 66,5 тысячи фунтов.

А вот впечатление об инсталляции «Большая восьмерка (G8)» (2007) талантливого молодого художника Андрея Молодкина скорее со знаком минус. Эксплуатируя удачно найденную тему со скульптурой из нефти, плещущейся в полости куба из акрилового стекла, художник явно переборщил. Прозрачный резервуар с полостью в форме G8 связан трубками с гигантской четырехметровой фотографией хозяев мира, чьи лица лет через 30 мало кто вспомнит. По частному зрительскому ощущению, фотография оказалась совершенно лишней. Получилось все прямым текстом, а потому работа лишилась столь ценной недосказанности. Осталось впечатление, что глубины ценностной метафоры, антиглобализма и поколенческой проблематики, зримые в тех же скульптурах Молодкина «Христос» и Y€$ (последняя, кстати, будет продаваться 12 марта на Sotheby’s с эстимейтом 30 тысяч фунтов), свелись к простой, сиюминутной фразе. Словно сарказм отмершего соц-арта сменила ирония кап-арта. Работа «Большая восьмерка» с эстимейтом 35–45 тысяч фунтов не продана. В любом случае художник интересный, хочется пожелать удачи. Надеюсь, на Sotheby’s все будет успешно и прозрачно.

Источник: www.phillipsdepury.com

«Широкая масленица» Кати Медведевой

10 марта 2008 года в центре «Картина» в ЦДХ завершается выставка работ Кати Медведевой (р. 1937) «Широкая масленица». Художница остается одной из самых ярких и фигур в современном русском наивном искусстве. Стержень ее самобытного экспрессионизма — энергетика доброты. Не атмосфера, не теплота, а именно исходящая энергетика.

Как бы это объяснить? Вспоминаю недавнюю выставку народного искусства «Фестнаив’07», собравшую сотни работ преимущественно художников-любителей, работающих в жанре примитивизма. Кошечки, коровы, цветочки, деревенские и городские жанровые сцены, современный лубок. Эмоционально и интересно, но, честно, подавляющее большинство любительских работ позволяют рассчитывать лишь на умиление. То выскочат звери а-ля Анри Руссо (Таможенник), то появится образность а-ля Нико Пиросмани, то митьковское, то еще что-то уже виденное или совсем уж любительское… Минут через двадцать ловишь себя на мысли, что ускоряешь шаг.

И тут взгляд спотыкается и останавливается на необычном — по-народному искреннем, но технически профессиональном. И, конечно, ни на что не похожем и безусловно талантливом. Эффект, когда глаз не отдыхает, а заряжается. Эффект Кати Медведевой. Достаточно увидеть одну-две работы, чтобы в дальнейшем безошибочно узнавать ее манеру, ее цвет. Конечно, это субъективно. Выразительные средства примитивизма и композиционная эклектика требуют от зрителя определенной подготовки. Это вещи не для всех. Одним нравится, других приводит в недоумение. И то и другое необъяснимо, ведь восприятие искусства это определенное таинство, вещь довольно интимная.

Можно отметить несколько магистральных тем в творчестве Кати Медведевой. Давняя ее любовь — балет. «Жизели», платья, пуанты. Красота и беззащитность. Эта тема полюбилась и ее многочисленным коллекционерам. В последние годы в работах Кати все чаще появляются лики святых мучеников и исторических личностей: художница обращается к библейским и мировоззренческим темам.

Изображения многих работ публикуются на официальном сайте художницы www.katya-medvedeva.ru, но нужно учитывать особенность ее масляной живописи: она фактурна, что невозможно передать на фотографии. Плюс в последнее время художница часто работает в смешанной технике, вводит блестки, текстильные аппликации и другие материалы. Из-за этих особенностей на фотографиях впечатление часто искажается, живьем работы выглядят гораздо сильнее.

Над новыми образами Катя работает преимущественно в селе Перво Касимовского района, в трехстах километрах от столицы, но довольно часто приезжает в Москву.

Катя Медведева пока не входит в аукционную «обойму» семидесятников, на зарубежных торгах работы появляются редко. В основном вещи вращаются на галерейном рынке, приобретаются коллекционерами. Интересно, что среди первых поклонников ее творчества были Катя и Норберт Кухинке (тот самый «профессор из Дании», «хиппи лохматое» в «Осеннем марафоне»). Живописные работы и графика художницы постепенно растут в цене, но пока доступны среднему классу, к которому преимущественно принадлежат ее многочисленные коллекционеры.

Источник: www.katya-medvedeva.ru

¹ Подробнее о ценовых прогнозах D на прошедший аукцион Phillips de Pury см.: Арт-новости / подгот. В. Богданов // Dиректор-Инфо. — 2007. — № 4. — С. 42–48.